Глава 6: Кровь и пепел
После провального выбора награды я вернулся в лагерь в скверном расположении духа. Хотелось рвать и метать. Черт бы побрал всё безумное племя Кагуя, а систему — в особенности. Вместо абсолютной защиты я получил биохимическую бомбу в крови, готовую сдетонировать в любой момент.
Время на фронте потекло густой, серой жижей. Сражения становились всё ожесточеннее, ряды шиноби редели, а обещанное подкрепление из Конохи задерживалось. Я всё чаще ловил себя на необоснованных вспышках гнева. Стоило мне увидеть врага, как в висках начинал стучать пульс, а перед глазами плыла багровая пелена. Психологическое истощение это было или проклятая «особенность» Кагуя — я не знал. Впрочем, соплеменники не видели разницы: клан Учиха никогда не жаловался на недостаток безумцев, и мой вечно пылающий взгляд списывали на «истинный дух клана».
Пришел приказ: меня назначили командиром сводной группы. В подчинение дали двух «гражданских» шиноби — талантливых ребят без кланового имени. Наша задача была проста и самоубийственна: прорваться на передовую и вытащить остатки отряда, попавшего в окружение.
Когда мы их нашли, я содрогнулся. Выжившие чунины и пара израненных джонинов выглядели как тени.
«Вы встретили их?» — коротко спросил я, перевязывая рану одному из бойцов.
«Семь Мечников...» — прохрипел джонин, глядя в пустоту. — «Они вырезали половину группы за считанные секунды. Мы даже не поняли, откуда пришел удар».
Мир вокруг превратился в бесконечный цикл из грязи, тумана и криков. За следующие четыре месяца я сменил три состава команды. Мои первые напарники погибли в засаде через неделю. Вторые — во время неудачной попытки диверсии. Я выживал, каждый раз чувствуя, как холодный расчет Шарингана борется с кипящей яростью в крови.
Наконец, в лагерь прибыло долгожданное «спасение» — оперативники Корня. И возглавлял их сам Данзо Шимура.
Ситуация не просто не улучшилась — она стала катастрофической. Орочимару окончательно заперся в своей палатке, перестав выходить к офицерам. В лагере поползли слухи, от которых волосы вставали дыбом: без вести начали пропадать люди. Сначала раненые безродные шиноби, а затем и обладатели Кеккей Генкай — Хьюга и Учиха.
«Данзо всё-таки договорился со змеем», — понял я, наблюдая за серыми масками АНБУ Корня, снующими между палатками. — «Эксперименты начались прямо здесь, на передовой. И платой за союз стали наши глаза».
Собрание клана
Вечером в секторе Учих было неспокойно. Воздух буквально вибрировал от подавленной жажды крови.
— «Патриарх! Еще двое наших пропали на ночном патрулировании!» — почти кричал один из радикалов, ударяя кулаком по столу. — «А сегодня утром на берегу нашли труп Учихи Тецу. Его глаза... в глазницах были лишь пустые дыры! Это дело рук Корня, и вы это знаете!»
— «Прикажите нам напасть!» — подхватил другой. — «Пусть эти крысы поймут, что нельзя провоцировать Учих!»
Учиха Фугаку сидел во главе стола, скрестив руки на груди. Его лицо было каменной маской.
— «Сейчас идет война», — глухо произнес он. — «Вы предлагаете устроить междоусобицу, когда враг стоит на пороге и ждет нашего малейшего ослабления?»
— «Мы не будем действовать открыто, Патриарх», — вкрадчиво произнес ветеран с тремя томоэ. — «Мы будем действовать так же, как Корень. Тень на тень. Кровь за кровь».
Я стоял в тени у входа, слушая этот спор. Зная будущее, я мог бы в деталях рассказать им, к чему приведет эта нерешительность. Мог бы ткнуть их носом в заговоры Данзо. Но я молчал. В этом клане слова без силы — лишь сотрясание воздуха. У меня был всего один томоэ в глазах, и для этих гордых воинов я был всего лишь «талантливым ребенком». Вероятность того, что джонины прислушаются к моему совету, была равна нулю.
Глядя на Фугаку, я чувствовал, как внутри закипает та самая «кровная сила» Кагуя. Гнев обжигал ребра. Даже когда АНБУ Корня открыто воровали наследие клана, Фугаку продолжал выбирать «меньшее зло», надеясь на благоразумие деревни.
«Слабак», — пронеслось в моей голове, и это была не моя мысль. Это был рык гнева, презирающей нерешительность.
Но я подавил этот порыв. Без силы мои чувства ничего не значили. Мне нужно было дождаться следующей дуэли. И в этот раз я не допущу ошибки. Если Коноха и Корень решили играть в охотников, им придется узнать, каково это — оказаться в клетке с тем, кому нечего терять.